?

Log in

No account? Create an account
Патрет

Инженер - это звучит...

Это наш жид!
Патрет
azaryj
Почему мы огрызаемся, когда укры лают Путина? Ведь мы и сами знаем об его отношении к народу и стране.
А вот!
Во времена вторых выборов Ельцына в пересиденты ЭРЭФии мне позвонил председатель областного отделения партии "Выбор России" с целью привлечения меня к участию в избирательной компании. Поскольку я знал об его национальности, я напрямую ему сказал, что я антисемит и не поддерживаю еврейских организаций. У нас завязалась длительная дискуссия по поводу поведения евреев в России. Надо отдать должное моему собеседнику, он не переходил норм приличия и беседовал весьма спокойно. Вспоминая обиды, нанесенные русскими ему лично он рассказал интересную историю из своей жизни.

Жил он с родителями в деревне на юге Нижегородской области. Когда пришло время приписки к военному учету, их 14-летних подростков, привезли в райвоенкомат. Вот там и произошла замечательная сцена. Местные пацаны, узнав, что среди приписников есть еврей, захотели дать ему "дрозда".. Но свои деревенские пацаны встали за него горой, защитили со словами:
- Это наш жид! Если надо мы сами дадим ему звиздюлей!

Это и есть ментальность русских.
Не ваше дело! Это наш жид! Если надо мы сами... Далее по контексту.

Свидомые могут упрекнуть, что мы, дескать, "вмешиваемся" в дела Хохляндии и не даем им самим дать звиздюлей...
Ответ прост - Донбасс не жидостан. И там не ваши жидобандеры, а наши русские, поэтому бить их вам не позволено.
Кем не позволено?
Нами!

Маршрут Боинга был изменен
Патрет
azaryj

http://zergulio.livejournal.com/1769257.html
Маршрут Боинга был изменен.
http://signor-antonio.livejournal.com/378722.html

Кому выгодно?

Любовь и равенство
Патрет
azaryj

Любовь - не влюбленность. Любовь - жаль.

Давно эту историю, то ли читал, то ли слышал.  Жила в деревне пара, Григорий да Настасья. Он - маленькй, хлипкий мужичонка, она - дородная тетка, высокая, плечистая... И часто бывало - выпьет Гришка лишку и давай воспитывать жену. Повалит на пол и вожжами её, вожжами. Та орёт - на всю деревню слыхать. Ну, - говорят односельчане, - опять Гришка Наську учит. А потом жалеет её.

Однажды возвращались они со свадьбы. Осень была, грязь, колеи, выбитые "кировцами" и только узенькая тропка, по которой можно пройти. Ну, если трезвый. Поддерживает Настасья мужа под руку, а тот кочевряжится, да в лицо норовит сунуть кулачишком. Встретились трое парней и давай задирать Гришку, дескать уступи дорогу. Тот мнется - здоровые парни-то. Тут Настасья осерчала, да и положила всех троих в колею. И пошли они дальше до дому.

А Гришка с тех пор перестал "учить" жену.
Жалеть тоже стал реже.

Женщины! А что вы хотите? Это вы захотели быть равными мужчинам и опустились до мужеского уровня. А мужику слабая женщина нужна. Не только для того, чтобы "учить", сколько для того, чтобы защищать её, добывать для неё, жалеть её,  особенно когда сам в горячке обидел. И как может мужчина жалеть женщину, орущую - "да пошел ты...".

Когда-то пела  Людмила Зыкина:

В селах Рязанщины, в селах Смоленщины
Слово "люблю" непривычно для женщины.
Там, безконечно и верно любя,
Женщина скажет "Жалею тебя".


Как можно добывать для добывающей женщины, как защищать женщину, вопящую о неспособности мужчины ни на что? Женщину, которая всегда оставляет последнее слово за собой, даже после просьб: - Помолчи... - Замолчи... - Заткнись... Мудрая женщина с первого предложения замолчит, даже если права.
Настасья из минирассказа способна была по стенке размазать Гришку, но не делала этого. Мудрая женщина, Настасья, гораздо умнее Гришки. Только никто этого не знал. Не выпячивалась. Берегла самолюбие мужнино. Жалела.

А могла бы...


Mr. Freeman, part 2 | Mr. Freeman
Патрет
azaryj
Mr. Freeman, part 2 | Mr. Freeman
- Съисть ли кошка килограмм сала?
- Съисть-то она съисть, да хто ж ий дасть?

О совести
Патрет
azaryj

Есть старинное предание. В некотором государстве жил-был добрый король. Однажды в студеный зимний вечер, когда метель заносила глаза и ветер наметал сугробы, он увидел на дороге замерзающего нищего. У него сжалось сердце, и, не задумываясь, он снял свою теплую мантию и завернул в нее несчастного. «Идем, — сказал он ему, поднимая его на ноги, — в моей стране найдется и для тебя любящее сердце»…

Так проявляется совесть в человеческой душе, — часто неожиданно, но захватывающе и властно. Не произносится никаких слов, никаких повелений. В сознании нет ни суждений, ни формул. В бессловесной тишине совесть овладевает нашим сердцем и нашей волею. Ее появление можно сравнить с подземным толчком, в котором выступает всегда присутствующая, но сокровенная сила. А слова и мысли просыпаются в нас лишь позже, при попытке описать и объяснить совершившийся поступок.

В тот миг, когда совесть овладевает нашей душой, у нас нередко бывает ощущение, будто в нас что-то проснулось или восстало — какая-то особая сила, которая, по-видимому, долго дремала и вдруг очнулась и властно развернулась… Эта сила жила во мне, но я как-то не считал ее «своею» и не включал ее в «себя». Хочется сказать: «я не знаю, откуда она взялась, но совсем чужою или постороннею мне я ее не ощущаю». Она как будто скрывалась где-то во мне самом, но я никогда не думал, что она может оказаться столь сильною и проявиться так, как она проявилась. Она казалась мне простою возможностью и вдруг оказалась необходимостью. Она воспринималась как дальний зов и вдруг обнаружилась как ветер и буря… Она была подобна чистому водному ключу, пробивающемуся из глубины, и вдруг превратилась в разливной, все затопляющий поток… Иногда мне казалось, что это не сила, а едва жизнеспособная слабость, и вдруг пришел час ее власти. Я не раз думал, что это прекрасная, но неосуществимая «мечта» о земном совершенстве, и вдруг эта мечта стала жизнеопределяющей силой…

В душе внезапно отпали все «трезвые» соображения и «умные» расчеты; стихли все большие страсти и мелкие пристрастия; и даже опасения и страхи исчезли, словно их и не было никогда. Я совершил поступок, которого раньше никогда не совершал; да я и не считал себя способным к нему… Но этот поступок был единственно правильным и исключительно верным… Да правда ли, что я Это сделал? Или, может быть, это был не я, а кто-то другой во мне? Другой — лучше меня, больше меня, справедливее и храбрее?.. Но откуда же он взялся? И куда он девался? Он, может быть, появится еще раз? Или это все-таки был я сам?..

Я знаю одно и знаю твердо: тогда я иначе не мог. Было что-то высшее и сильнейшее, что заставило меня поступить так. На меня как будто бы что-то «нашло», «захватило» меня и понесло. А подумать о себе, о своих силах, о последствиях моего поступка — у меня просто не было времени. И теперь, оглядываясь назад, я признаю, что я, строго говоря, и не должен был и не смел действовать иначе. Я не мог тогда иначе хотеть; а теперь скажу: мне бы и не хотелось, чтобы я тогда желал иного и действовал иначе. Так и надо было. Это было лучшее, что я мог сделать. И когда я теперь все это выговариваю, то во мне живет великая и радостная уверенность, что я просто выговариваю правду. Эта уверенность наполняет мое сердце и всего меня каким-то тихим, спокойным блаженством. Одного только мне бы хотелось — чтобы он, этот «лучший» и «больший», явился опять, опять совершил свое дело и опять подарил мне эту светлую радость…

Так совесть научает человека забывать о себе и делает его поступки самоотверженными. Скорби, заботы, опасения, все трудности личной судьбы — не связывают его больше; все это отходит, хотя бы временно, на задний план. Человек перестает быть «личным» и вдруг становится «предметным» в лучшем и священном смысле этого слова. Это не значит, что он утрачивает свою «личность» и делается «безличным». Нет, совесть утверждает, созидает и укрепляет духовно-личное начало в человеке. Но лично-мелкое, лично-страстное, лично-жадное, лично-порочное отодвигается в нем и уступает свое место дыханию высшей жизни, побуждениям и содержаниям Царства Божия, объективной реальности — тому, что можно обозначить строгим словом «субстанциальности», или целомудренным словом «предметности», Человек становится как бы живым и радостным органом великого и священного Дела, т.е. Божьего Дела на земле. Кажется, будто он сбросил с себя бремя своекорыстия; или будто у него внезапно выросли крылья, поднявшие его вверх и вынесшие его из жизненного ущелья. Он совершил свой самоотверженный поступок и вернулся, может быть, в серую прозу повседневной жизни, так, как если бы крылья «отвалились» у него и как если бы он опять был обречен пробираться в жизни через переулки земной жадности… Но он уже никогда не забудет то чувство блаженной силы и свободы, которое ему дано было пережить. Оно посетило его как бы из потустороннего мира; но он жил им, он испытал его и всегда будет тянуться к нему.

Мы живем на земле в состоянии внутреннего раскола, от которого мы страдаем и который мы не умеем преодолеть: это расхождение между нашими лично-эгоистическими побуждениями и нашим божественным призванием, которое мы иногда переживаем как внутреннее влечение, как духовную жажду. Тогда мы оказываемся в состоянии душевной раздвоенности, потому что это тайное влечение — окончательно и всецело отдаться Божьему Делу — всегда живет в глубине нашего сердца. Это влечение духа требует от нас всегда одного и того же: самого лучшего. И если бы мы предались ему всецело и окончательно, то вся наша жизнь сложилась бы из одних дел любви, мужественной верности, радостного исполнения долга, правды и великого служения…

Но в действительности жизнь идет иначе; мы слышим этот голос и не слушаемся его, а когда изредка слушаемся, то внутренняя раздвоенность лишает нас цельности и не дает нам той великой радости, которую цельность души несет с собою. Тогда мы испытываем наше «повиновение» совести как опасное жизненное «предприятие» или даже «приключение», как неблагоразумную мечтательную затею, или, как того требовал Иммануил Кант, как безрадостное исполнение долга и, следовательно, как тягостное бремя жизни… Если же мы не повинуемся голосу совести, то одна часть нашего существа, и притом лучшая его часть, остается приверженной ему; но внутреннее раздвоение продолжается… Тогда из самой глубины нашего духовного чувствилища, оттуда, где совесть по-прежнему взывает, шепчет, стенает, печалится и укоряет, — поднимается недовольство, особого рода печаль и тоска, мучительное неодобрение. Иногда удается вытеснить из сознания это тягостное, но священное неодобрение: тогда человек отводит ему место в глубоком подземелье своей души и пытается запереть этот подвал и завалить самый ход к нему; но это нисколько не обеспечивает его от вероятных и даже неизбежных укоров совести, от этих мучительных угрызений, которые будут пожизненно грозить ему, нарушать его душевное равновесие и лишать его духовного покоя…

…А между тем истинное исцеление, обещающее цельность души, нуждается всего-навсего в моем согласии: только оно может дать человеку внутреннее примирение, единение между инстинктом и духом, радость добровольности и предметного служения. Я исцелюсь в тот миг, когда предамся божественному зову совести. Тогда я буду делать то, что я должен делать; но это будет не томительная покорность и не каторга принуждения, а светлая радость жизни. Потому что я буду делать тогда то, чего желает моя собственная воля; и то, чего она желает, будет лучшим, и притом на самом деле лучшим. И это лучшее станет для меня внутренней необходимостью, единственной возможностью и осуществленным делом. Иначе я не могу; и не мог иначе хотеть, и не хочу иначе мочь. Именно в этом — мой долг. Но я желаю осуществить его не потому, что «это мой долг», а потому, что это есть «объективно лучшее», к чему зовет меня мой дух (совесть) и к чему прилепляется любовью и мой инстинкт. Так возникает совестная цельность человеческой души.

Пока я еще не знаю, что такое “совесть” и не переживал силу и счастье совестного акта, я спрашивал в холодном сомнении: «да разве это вообще возможно? разве человеку дано выходить из своей шкуры и подавлять в себе здоровый инстинкт самосохранения?»… Но если я испытал совестный акт хотя бы единожды, — обнаруживаются глубокие изменения. Все былые сомнения и скептические вопросы отпадают; нет больше ни отрицания, ни иронии. Я знаю, что совестный акт возможен, потому что я пережил его в действительности. Правда, я не знаю, повторится ли он, когда и при каких условиях. Но кто же может мне помешать — воззвать к совести по собственной инициативе? Почему я должен думать, что она не отзовется на мой зов? А когда она отзовется, я могу свободно и радостно предаться ее зову… Все это в моей власти, все это будет происходить в моем внутреннем мире… Мне нужно только знать, как это лучше сделать, чтобы не подменить голос совести и не впасть в иллюзию, в ошибку и самообман…

Прежде всего надо отложить всякое теоретическое умствование, ибо оно непременно приведет за собою форму мысли, суждения, анализа, синтеза и облечет все это в понятия и слова. Все это не нужно, ибо акт совести не есть акт словооблеченного мышления, он не теория, не доктрина, не «максима», не закон и не норма. Не надо ничего выдумывать; не надо размышлять и изобретать. Не надо стремиться к какому-то «всеобщему законодательству». Не надо ничего предвосхищать. Надо ждать некоего эмоционально-волевого подземного толчка.

Не следует также спрашивать о том, что было бы «полезнее» всего или «целесообразнее» всего; эти вопросы решаются житейским опытом, наблюдением и рассуждением. Тем более не следует задавать вопрос о «приятном», «удобном», «выгодном», «умном» и т. п.; все это не имеет никакого отношения к совестному акту. Надо искать лучшего, нравственно-лучшего в притом не «лучшего по-моему», а «лучшего на самом деле». Верующий христианин спросит о «христиански-лучшем», о «совершенном перед лицом Христа Спасителя».

И еще одно: этот вопрос следует ставить не теоретически, не с тем, чтобы узнать, познать истину, сформулировать ее и доказать; это было бы философское исследование, созерцание и теоретическое рассмотрение. Вопрос должен быть поставлен практически, чтобы сделать, поступить, осуществить. А так как каждый практически-жизненный случай индивидуален, единствен в своем роде, то надо искать не общего правила, а личного указания для личного поведения в данном конкретном жизненном случае.

Итак, без всяких предвзятых решений, без всяких оговорок, «условий», уклонений и «резерваций» я встану таким, каков я есмь, перед лицом совести: с тем, чтобы в данный конкретный миг моей личной жизни, «сейчас» и «здесь» — внять ее голосу, отдаться ее зову и совершить поступок из глубины моего сердца; я спрошу, как мне поступить, чтобы сейчас и здесь осуществить христиански лучшее, совершенное перед лицом Христа Спасителя?…

Я ставлю этот вопрос — и опускаю его в отверстую глубину моего сердца. И жизнь идет дальше. Тогда желанное дается само. Заглохшее сердце пробуждается и… королевская мантия ложится на плечи нищего…

Королевская мантия?.. Да, ибо это я, с моим заглохшим сердцем и черствым нравом, я был подобен нищему, сидящему у дороги жизни и занесенному метелью повседневных забот и расчетов. Это меня Господь нашел замерзающим и полумертвым; и склонился ко мне, облекая меня своею Ризою как светом, как любовью, как откровением. И в акте совести человек воспринимает от Бога откровение, любовь и свет новой жизни.

«Поющее сердце. Книга тихих созерцаний»

Будет ли усиливаться протестное движение в России после инаугурации Владимира Путина? - Канал ПИК
Патрет
azaryj
Никаких протестных движений нет. Как нет и лояльных режиму движений. Это все разовые акции, проплаченные одной стороной. Весь пар выпускается в гудок - якеменковский, навальный, немцовский, собчачий свисток...
Будет ли усиливаться протестное движение в России после инаугурации Владимира Путина? - Канал ПИК

Пиротехника, говоришь?.. Аха...
Патрет
azaryj
Ольга КНЯЗЕВА — 04.01.2012 11:33

Только в новогоднюю ночь, по данным "Скорой", в Нижегородской области при запуске петард и фейерверков пострадало 12 человек, в том числе 4 детей. Для троих взрослых и 2-х детей нарушения правил пожарной безопасности при запуске пиротехники обернулись госпитализацией. При запуске же несертифицированных салютов и петард праздник может и вовсе закончится трагедией.

http://kp.ru/online/news/1054011/


А статистику пострадавших от наркотических алкогольных растворов, продаваемых в ларьках, магазинах, супермаркетах, ресторанах, кафе, рюмочных и пр. никто не предложит разместить на полосах газет и никому не придет в голову сделать это.

Шекель
Патрет
azaryj
  Первые деньги были металлическими – кусочки  золота, серебра, меди…  Удобнее для кошелька и кармана, чтобы кусочки были без углов. Самая удобная форма металлических денег – круглая, т.е. в виде маленького диска.  И такая денежная единица несомненно получит обиходное название «кружок».
   Чтобы деньги одного номинала имели одинаковый стоимостный размер, необходимо чтобы они были одного веса, т.е. стандартными по весу.  А стандартные по весу объекты можно использовать в качестве торговых разновесов (гирь). И «кружок», слово, обозначавшее изначально форму денег,  получит значение весовой единицы.
  Круг в древнерусском языке имел название – кол. Следы этого корня есть в современном русском языке – коление (вращение)  в слове  колено,  круговорот – коловорот,  кругло – коло (мн. ч. колеса),  двойной кривизны (полусфера) – коло-коло в слове колокол…
  Название «это круг» на древнерусском языке звучало как «се кол».  После падения редуцированных гласных это слово «отделилось» от и «кружка», и от родного носителя – древнерусского языка и стало словом «сикль». Народ, перенявший это слово но не могущий по артикуляционным особенностям произносить свистящие звуки, заменив их шипящими, стал называть «этот кружок» просто – шекель.
  
 
Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Ше́кель или сикль (ивр. שקל‎) — мера веса золота и серебра у древних евреев и других семитских народов; шекель серебра (монета весом около 14 граммов) служил стандартной денежной единицей на Ближнем Востоке.

В древности шекель был мерой веса золота и серебра (так называемая «Библейская единица веса»; в русскоязычных источниках обычно упоминается как «сикль» («сикл»), к примеру, 10 сиклей серебра), в разные эпохи шекель составлял от 9 до 17 г.[1] Слово «шекель» происходит от ивр. לשקול‎, что означает «взвешивать». Упоминание о шекеле как мере веса восходит ко второму тысячелетию до н. э.




Опять... Ну, сколько можно?
Патрет
azaryj
   Во Владимирской области, в городе с православным названием, Боголюбово, находится православный монастырь. Его окормляет духовник старец архимандрит Петр (Кучер). Достойный человек, ветеран Великой Отечественной Войны, к которому со всего мира, за помощью и советом съезжаются люди. Этого старца знает и любит вся Россия. И неудивительно, что в очередной раз пытаются его оклеветать и опорочить несчастная кучка, их и людьми трудно назвать - язык не поворачивается. Это скандально ивестная секта под названием «Ассоциация православных экспертов». Обновленцы и реформаторы, выдающие себя за верующих православных. Знаем их имена. Это Кирилл Фролов, Виктор Милитарев, Екатерина Орлова, начинающий адвокат Сабельникова Александра, редактор антицерковного сайта Интерфакс-религия Дудкина Валентина, а также известный педофил и извращенец, Член Общественной палаты Олег Зыков - активный сторонник ювинальной юстиции.

И эта кучка антицерковных деятелей клевещет на старца и воспитателей приюта, безосновательно обвиняя их в жестоком обращении с детьми.

   Насколько глупы их обвинения можно увидеть из их же слов. Они пишут, что якобы детей били ремнем, ставили на поклоны (500), застовляли кружками есть соль». Это гебельсовская фантазия свидетельствует о том, что этих клеветников пора судить, как экстремистов и врагов Православия.



   Всегда нужно с большой осторожностью вскрывать раны Церкви. Это можно делать только в крайних случаях. И это именно тот случай.Уже более года длится скандал с детским приютом Свято-Боголюбского женского монастыря. Их обвинили в жестоком обращении с детьми, проживавшими в монастыре (приют уже закрыли). И была совершена эта провокация руками священника-завистника известности и авторитета Боголюбского монастыря.Лучше всего определяет истинность обвинителя - это его личностная характеристика. После просмотра этого, без преувеличения, страшного ролика, всем здравомыслящим людям станет ясно, что все обвинения иерея Виталия Рысева - НАГЛАЯ ЛОЖЬ.

http://rutube.ru/tracks/3711856.html?v=9c439d90edf7e1d7a42c8f74fd1775c1



А вот здесь еще несколько роликов о Свято-Боголюбском монастыре, в т.ч. о детском приюте.

http://donat2010.rutube.ru/movies?oby=upload&r=1

Оккупация Москвы (перепост)
Патрет
azaryj
Волна квартирного рейдерства захлестнула Москву. Преступники больше не желают даже сохранять видимость закона.

  Последней жертвой стал полковник запаса русской армии Александр Евгеньевич Курапов. Отдав родине 25 календарных лет верной службы, наконец, в 2004 году получил в Москве вожделенную квартиру.
  И пока квартира была в собственности государства, все было хорошо, проблемы начались после её приватизации.
  25 апреля 2010 года в его, теперь уже собственную, квартиру стали ломиться некие лица кавказской национальности (как потом выяснилось, уроженцы Дагестана). Они требовали немедленно открыть дверь, т.к. теперь они собираются здесь жить. В доказательство своего права они махали некими документами об аренде, подписанными ими с собственником. Александр, тогда еще не знавший иных собственников, кроме себя, просто вызвал наряд милиции, который их благополучно забрал. 
  На этом можно было бы считать инцидент исчерпанным (мало ли пьяных дурней бродит по Москве?), однако все оказалось не так-то просто.
  В мае оккупанты (а по-другому назвать их нельзя) пошли на новый приступ. 
  Вновь пришли те же лица кавказской национальности, и вновь стали требовать пустить их в квартиру. Что бы стали делать вы? Правильно, в очередной раз вызвали наряд (если бы просто не спустили нахалов с лестницы).
  Наряд их забрал, но теперь ненадолго. Через пару часов они вновь вернулись, но уже со специнструментами, и просто вырезали дверь, пока Александра не было дома. После проникновения в квартиру. Под взглядами одной из дочек новоприбывшие хозяева забаррикадировались в одной из комнат, заявив при этом, что пора офицеру с семьей собирать вещи и выметаться жить на улицу.
  Вызванный на место действия дежурный ОВД, капитан Вергун, сообщил ошарашенному Александру, что документы у новоприбывших гостей в порядке, и предупредил, что это уже полковника проблемы и милиция вмешиваться не будет. И так и уехал, даже не взглянув на документы собственника. 
  Возникает вопрос: Как такое могло получиться? Что за невиданная наглость? И вот тогда выяснилось, что квартира Александра уже дважды была продана! Удалось даже достать документы о продаже, написанные одним и тем же почерком. 
  Согласно документам, Александр продал свою квартиру некому Бабкину, которые её, в свою очередь, продал нынешнему её «владельцу» Саргсяну. Написаны документы были одинаковым почерком, причем преступники не удосужились даже правильно скопировать подпись Курапова.
  И вот нынешний «официальный хозяин» решил занять полагающееся, как ему кажется, помещение, выкидывая семью офицера на улицу. 
  Милиция либо целиком встала на сторону Саргсяна, либо предупредила, что вмешиваться в это дело не станет. Участковые Пономарь Евгений Иванович, Корольков Роман Викторович отстранились от данного дела крайне легко.
  И вот теперь полковник российской армии стоит перед тягчайшим выбором. У него три дочки, неработающая жена, и всех их грозятся выкинуть на улицу. Он единственный мужчина в семье, единственный защитник и кормилец, помощи ему ждать неоткуда.
  Куда он только не обращался, и в прокуратуру, и в МУР, и в ГУВД, но все, в итоге, спускается в его «родное» УВД ЮАО, где ему прямым текстом советуют смириться с потерей квартиры. 
  Обращался он и в службу собственной безопасности… и опять тишина. Само собой, он подал и заявление в суд, было назначено рассмотрение дела.
  Сейчас квартира арестована, с ней запрещены любые коммерческие сделки (в том числе и аренда), тем не менее, уроженцы солнечного Дагестана по-прежнему живут в занятой комнате, курят там, едят, ходят немытые, пользуются вещами хозяина и выезжать не намерены. 
  Квартирное мошенничество в Москве не редкость, но обычно для этого есть хоть какая-то побудительная причина: сами владельцы квартир заключают странные договора и первые пытаются экономить. Но когда человека лишают собственности вот так нагло, этого терпеть нельзя. 
  Пострадали здесь не пенсионер, не уголовник, не алкаш — незащищенные слои граждан, а обычный человек, представитель так называемого среднего класса. Пострадал не по собственной вине, а из-за жесткой коррупционной схемы, благодаря которой каждый может лишиться уже завтра своей квартиры, даже имея на руках все документы.

  Единственное средство помочь Александру и защитить на будущее себя (ведь если вы промолчите сейчас, то так же промолчат, когда квартиру будут отбирать уже у вас) — это дать делу максимальный резонанс. Автор статьи просит всех, кто может и желает помочь, распространить данную информацию.
  Если у вас есть желание узнать о деле более подробно или вы хотите оказать какую-либо более конкретную помощь, звоните 8-926-265-50-92.

 Сергей Кравцов
http://www.apn.ru/opinions/article22871.htm